СТАКАН МУКИ

№19 от 8 мая 2013 года

Интересная штука – русский язык. Между обыденностью и пропастью чувств порой лишь тонкий, едва уловимый на слух нюанс. Взять, например, слово «мука» - всего четыре буквы, два слога. Стакан муки – такое простое, понятное даже ребенку словосочетание. Основа основ, без него ни хлеба, ни блинов не испечешь. Но стоит изменить ударение, и мукА превращается в мУку. Впрочем, мученья наш народ в ту войну хлебал отнюдь не стаканами…

Начало
Мы так мало говорили с мамой о ее прошлой жизни! В 20 лет я вышла замуж и уехала из дома. Виделись редко, не до разговоров было.
Я знала, что мама в молодости была очень красивой. Однажды в доме отдыха под Куровским, на спортивной площадке, она познакомилась с курсантом летного училища. А в 1940 году родилась я. К тому времени отец уже окончил Ейское летное училище и был направлен в Хабаровский округ, на аэродром «Красная речка».
Каким-то чудом сохранились фотографии: группа совсем юных курсантов, только-только из училища. Красивые, веселые, уверенные в себе и в своем будущем. Один из них – Шапошников Борис Сергеевич, летчик-истребитель, мой отец.

Конец
Мама умирала. Она уже не помнила ни дня, ни года его рождения. Только точную дату смерти – 5 августа 1942 года. Она почти не вставала, лежала тихая, молчаливая. Изо всех сил скрывала боль. Лишь иногда лицо сковывала гримаса, но ни единого стона, ни одной жалобы я не слышала. Раньше я и представить не могла, что в моей маленькой, высохшей от болезни маме столько терпения и мужества.
Той ночью мы обе лежали в темноте, но сон не приходил. Мы понимали, что жить ей осталось недолго. Я молча плакала в подушку, а мама вдруг начала рассказывать эту историю.

Боль
Ей было всего 23. Мы в это время находились в эвакуации в Сибири. Мама и Женька – так она называла свою решительную, боевую подругу – собрались самостоятельно вернуться к мужьям в часть. Зимой, на санях, с двумя маленькими детьми на руках, они пробирались от города к городу. Мои мокрые пеленки мама оборачивала вокруг себя – так сушила.
Однажды их пустила переночевать пожилая зажиточная пара. Продукты закончились, кормить детей было совершенно нечем. И тогда Женька предложила: «Я постою на карауле, а ты из мешка (он стоял в сенях) отсыпь стакан муки».
Старик вошел как раз в тот момент, когда мама с полным стаканом стояла возле мешка. Он все понял и… прошел мимо, не сказав ни слова. Будто не заметил. Рассказывая об этом, мама плакала. Говорила, что до сих пор помнит тот жгучий стыд, что испытала тогда.
А из муки напекли блинов.
Дальнейший путь был страшным и сложным: чемодан с теплыми вещами украл носильщик, не осталось совсем ничего, что можно было бы поменять на продукты. А когда они все же добрались, маме предстояло узнать новость, что ее мужа уже нет в живых.

Всё, что успела
Должно быть, уже нет в живых и тех стариков.  А так хотелось бы поклониться им в ноги.
Уже 15 лет, как нет мамы. Говорят, что боль утраты начинает стихать через год. А я, напротив, с каждым годом все сильнее чувствую вину перед самым дорогим человеком на свете. За то, что обижала, за то, что недодала ей своей любви и внимания. Думала, она будет вечной. Еще, мол, успею.
Мне самой уже 72 года. И кое-что я все же успела. Успела узнать об отце все, что возможно. Правда, возможно оказалось немногое…
Как следует из архивной справки Центрального военно-морского архива, лейтенант Шапошников Борис Сергеевич, 27 февраля 1918 года рождения, уроженец города Кисловодска Орджоникидзевского края, призван на службу по спецнабору в сентябре 1937 года Московским ГВК. 5 августа 1942 года погиб при катастрофе самолета. Место захоронения не указано.

Лариса Борисовна Юдина
Обработка редакции
Фото из семейного альбома