Читай онлайн

Архив номеров

  • ЕТК
  • Московская оконница
  • размещение рекламы на сайте в Егорьевске

Фоторепортажи

Фотоархив

Последние фоторепортажи

Последние комментарии

Категории публикаций

Из рода мельников

№ 38 от 23 сентября 2015 г.

Валентина Никитична Давыдова свято хранит свои семейные корни 



Мельник был на селе фигурой уважаемой. И даже после репрессий и коллективизации человек, способный управиться с мельничным колесом, а тем более отремонтировать его, был в цене. Не в последнюю очередь благодаря трудолюбию и готовности в любое время заняться своим делом. Похоже, что эти качества Валентина Давыдова из деревни Иваново унаследовала от своих предков.

Мельники

Валентина Никитична Давыдова родилась 8 октября 1930 года в семье Никиты Нефёдовича и Ефросиньи Васильевны Давыдовых в деревне Ворово Коробовского (ныне Шатурского) района, на День святого Сергия Радонежского, в день рождения своей матери. Её дед был мельником. Принадлежавшая ему мельница стояла на речке Чёрненькой, перегороженной когда-то плотиной. Мельник был в деревне фигурой важной, а семья – зажиточной. Однако в коллективизацию его не тронули, только мельницу отобрали. Дед переехал в Василёво и стал работать на другой мельнице – на сей раз колхозной. А вот брата его Николая, имевшего ветровую мельницу в Шувое, раскулачили и сослали в Сибирь.

Металлическая артель
В 1935 году отец Валентины Никитичны переехал в Трофимово, но прожил здесь с семьёй недолго. Вскоре купил дом в деревне Иваново и стал работать там в металлической артели – делал кровати для военных. Когда в 1936 году закрыли Преображенский храм в селе Спас-Леоновщина, то артель перебралась туда. С храма снесли купола, сломали колокольню. Внутрь завезли станки. Отец стал работать на этом предприятии слесарем, а затем механиком.
В мае 1941 года из Ворово пришло письмо – вышла из строя их бывшая семейная мельница, и отцу предлагалось приехать и отремонтировать её. Отец уехал, а в июне началась война. Мать переехала с семьёй в Ворово, так как в Иваново стало голодно. В это время в семье уже было четверо детей – Валя, Нина, Тоня и Петя. Ещё двое малышей – Модест и Нина – совсем маленькими умерли от кори. Заразились они от старшей сестры, которую все-таки устроили в больницу в Клемёново. Младших туда не положили, и спасти их не удалось.

Война

5 сентября 1941 года отца призвали на фронт. Мать осталась работать на мельнице. Ей выделили в помощь пожилого человека по имени Андрей, которого по возрасту уже не могли призвать на фронт. Остановить колесо мельницы было нельзя, иначе оно бы вмерзло в лёд, поэтому работа шла круглосуточно. Мельница в то время обеспечивала ржаной мукой Середниковское и Шараповское сельпо. Дети, как могли, помогали матери. Валентина, к примеру, заполняла квитанции. Семья жила в доме, который располагался при мельнице.
В 1944 году пришло письмо из части, где служил отец. К тому времени ему уже пришлось повоевать под Харьковом и Ржевом. Командир части сообщил, что Никита Нефёдович Давыдов подорвался на мине, когда доставлял на передовую боеприпасы. Он получил сильную контузию – не мог ни слышать, ни говорить. В таком состоянии бойца отправили в тыл, где следы его потерялись. Семья решила, что до тылового госпиталя отец не доехал, возможно, попал под бомбёжку. Позже пришла повестка, что он пропал без вести.

  • Агитплакат времен Великой Отечественной войны.

Завод
1947 год выдался очень голодным. Валентина пошла работать на завод «Металлист», располагавшийся в храме села Спас-Леоновщина. Их, пять человек местной молодёжи, направили учиться в город. Даже зарплату платили – 12 рублей в месяц. В городе практикантов учили в литейном цехе механического завода. Директор разместил всех пятерых в одной комнате, в доме своей тёщи. Спать приходилось на полу, в одежде: кроватей и постельного белья не было. А на заводе осваивали литейное дело. Учёба продолжалась всю зиму. К тому времени у храма, на месте старого кладбища, стали строить новый литейный цех. Из земли доставали кости, кое-где даже сохранились ленты и венки. Кости собирали и выносили за заводские ворота. Что с ними делали дальше – Валентина Никитична не знает.
Среди работников завода был один глубоко верующий человек по фамилии Трапезин. Когда ему приходилось идти в храм, превращённый в цех, он всегда снимал шапку. Другие же могли, находясь там, и шуметь, и материться.
В 1947 году цех построили, поставили вагранку. Когда пошел первый чугун, собрали весь завод. Литейщики носили чугун в специальных ковшах, разливали по формам... Тогда начали лить колуны, втулки, тиски, прочую продукцию. В 1947 году на заводе работало около 80 человек, а к 1950 году уже 350. Несмотря на тяжёлые условия труда и вредность, жизнь рабочих завода была все-таки легче, чем в колхозе – и рабочий день нормирован, и за работу платили деньгами, а не «палочками» за трудодни в колхозе. К тому же, рабочим не запрещалось иметь своё небольшое подсобное хозяйство.

Стержневщица

Вскоре Валентину Никитичну назначили стержневщицей, а впоследствии и бригадиром стержневщиц. Как-то однажды пришло два больших и срочных заказа на втулки – из Украины и Саратова. Работающих стержневщиков было только четверо – две женщины и два ученика. Ученики после окончания рабочего дня, в шесть часов, отправлялись домой, работать больше им не полагалось. А две женщины остались и проработали в авральном режиме несколько дней. Напарница от напряжения падала в обморок, у самой Валентины Никитичны шла кровь из носа, но заказ они выполнили в срок. Во время работы к ним частенько подходил директор – Иван Васильевич Малявин – и очень просил постараться: заказ был важный. В конце месяца измотанных работниц вызвали в контору и сообщили, что, согласно существующим расценкам, они заработали по 78 рублей в месяц. По тем временам это были немалые деньги. Но радость была преждевременной.
По этому поводу было организовано собрание, на котором работницам сообщили о понижении расценок. Тот же директор, который просил женщин поднажать и выполнить срочный заказ, заявил: «В литейке стержневщицы не должны зарабатывать более 60 рублей». Такое отношение к рабочим не осталось незамеченным, на заводе стала расти текучка кадров. Многие работники ушли на новое предприятие, открывшееся на Торфболоте.
Валентина Никитична вышла на пенсию в 1980 году в возрасте 50 лет – производство, на котором она работала, относилось к разряду вредных. Но активный стиль жизни не поменяла, 12 лет была депутатом Городского совета. Находясь на этой должности, сделала немало для благоустройства своей деревни и её окрестностей. Её по праву уважают односельчане и до сих пор идут за советом в сложных жизненных ситуациях.

Алексей Марков. Фото автора.

24 Сен 2015

комментировать

Комментарии и отзывы

Здесь пока никто ничего не писал...

Оставить отзыв:




Оставляя комментарий, вы соглашаетесь с правилами публикации данного сайта: ознакомиться с правилами.

Идет отправка комментария
  • Дом кровли
  • Три опоры
  • Дворец спорта

Опрос

  • Соц3